Блог О пользователеbiloczka

Регистрация

Белка Юлия Колесникова посвящен книгам моей творчости: молодежный роман, мистика, стимпанк

Календарь

<< Март 2011  

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30 31

На странице

  • 3 марта 2011 | 10:48 Глава 2 б. 

    Но постаравшись взять себя в руки, я просто кивнула брату в ответ. Меня снова пробирал озноб, и время от времени я подносила платок к носу, для того, чтобы просто проверить течет ли из носа. Пока что кашель и чиханья держались во мне, значит, заклинание сработало, как и необходимые травы. Это хорошо, что у меня не было достаточно сил, чтобы сделать заговоры посильнее, иначе это бы вызвало пересуды и сомнения, а так я едва подлечилась, и то просто потому что у меня не было сил сделать это как следует. Конечно же нас научили оказывать первую медицинско-волшебную помощь, некоторых учили вполне серьезно, особенно если к этому был дар, но я действовала по своему наитию, и у меня не плохо выходило. Впрочем, это  был единственный предмет где я старалась не сдерживаться, ведь это пригодиться в повседневной жизни, от которой нас изолировали, но к которой я не потеряла вкус. Волшебниц все же берут в госпитали, значит, это может оказаться неким шансом. Я все еще надеялась на недолгую жизнь Главной волшебницы. Не слишком то и хорошие мысли, но я не чувствовал вины при этом. Она не была тем человеком, из-за которого будет плакать королевство, хотя возможно оно и испугается, но сожалеть не будет. А я только и мечтала о свободе и праве выбора, на которое бы не влияла Главная волшебница. Она уже лет 6 чуть ли не насильно продлевает жизнь Королеве всеми возможными и невозможными способами, понимая, что при будущем короле ее власть может не оказаться такой неограниченной. Поговаривали, что у него уже давно был фаворит волшебник, к которому он прислушивался, но правда ли это. И кто тот волшебник, люди не знали. Изредка видели их в компании вдвоем, прогуливающимися в открытой карете по улицам города, но я лично хотела бы знать такое наверняка, чем переливать пустые сплетни в свой мозг.

    Фойе представляло собой свод крепких цементных балок и в середине прозрачный купол. Державшийся на металлических поясах, который обвивали его подобно змеям. Стены были расписаны, а пол выложен мраморной крошкой в подобии мозаик. Мы знали что когда-то здание школы принадлежало богатому магу, несомненно одному из Темных, но какой именно семье от нас скрывали. Двери из темного дерева, тяжелые и прочные способные выдержать не одну магическую атаку теперь были распахнуты и вдоль наших, пока что не стройных рядов прокатился ветер, словно задерживаясь на каждом из нас. Это то и заставило всех замереть. Волшебный кличь, поисковое заклинание на проверку опасности. Гости были уже здесь. Мне было видном в витражное окно, как плавно перед школой опускался не большой дирижабль, с золотой буквой Q. Королевский дирижабль если быть точнее, и эта вопиющая роскошь несколько поумерила мой пыл, как и волшебный кличь. Он задержался возле меня дольше чем возле остальных. Ну еще бы, в данный момент я испытывала много нехороших эмоций относительно Главной волшебнице, так как мне приходилось стоять здесь, подобно служанке, и едва держаться на ногах. Я знала, что горячка снова возвращается и надеялась лишь на то, что выдержу подобное испытание.  Нам не впервой было видеть Опекунов, как минимум 7 раз в год, и по опыту я знала, что все пройдет быстро. Сейчас они войдут в двери, пройдутся рядами, и выберут тех кто им нужен и до вечера мы их не увидим, так как их будут развлекать школьными представлениями, и они будут знакомиться ближе со своими «детьми». А после, вечером, еще одно такое построение, и до следующего дня Опекунов, будет еще месяца полтора передышки. В данный момент мне передышка была очень нужна, то как Лилибет стянула корсет было похоже на  пытку, воздух вырывался из легких со свистом и хрипом. Неудивительно, что стоявшие рядом девочки кривились от неприязни. А остальные кто мог на меня смотреть, наоборот улыбались со злорадными улыбками, ведь сегодня я была некрасивой. А скорее даже уродливой, и их это тешило. И снова я не злилась, понимая, за какую конкурентку меня всегда воспринимают. Точнее говоря сил злиться не было.

    Мы ожидали. Двери и так уже были открыты, но гости не спешили попасть во внутрь, и скорее всего дело было в безопасности. Если Главная волшебница с ними, этого стоило ожидать. Это даже смешно, что она опасается сборища подростков.

    Но вот воздух в фойе изменился, директриса стала тут же более смиренной, мы прямее и нервней, а атмосфера вокруг нас потемнела. Я уже едва могла дышать из-за волнения других школьников.

    В дверь вошел маленький человечек, по ливрее которого можно было понять, что он слуга. И тут же за его спиной материализовались четверо мужчин. Не трудно было догадаться кто из этой четверки кто. Сын королевского лекаря как раз и походил на оного, хотя действительно был очень красивым, как о том и говорили. На нем был меховой бушлат, не по погоде теплый, хотя если учесть его бледность, он мог болеть, и мерзнуть. Я тоже бы не отказалась от подобной одежды в данный момент, когда между рядами легко одетых девочек гулял сквозняк. На нем были драгоценности, и что самое главное, на шее висела золотая цепь, причисляющая его к лекарям-волшебникам. Глаза лекаря застыли на одной точке, и это вовсе были не мы – ученики. Его взгляд не двигался, скорее потому что ему было так же плохо, как и мне в данный момент. Болен, это было понятно однозначно.

    Человек Королевы имеющий дело с ее войском, был при параде в белом мундире, увешанный всяким хламом парового века, и все же при этом выглядел статным и достаточно привлекательным на свои немолодые года. Его поседевшие волосы вились, и аккуратно были зачесаны назад, чтобы стать напомаженной прической денди. Но ему было не комфортно – обо всем говорила его дергающаяся рука, словно на бедре он хотел ощутить не детский кинжал, а шпагу.

    Еще одним, как я узнала, по газетным вырезкам был один из актеров-волшебников (странно что именно о нем никто не упомянул из девочек), и его внешность мне показалась слишком уж пресной – в газетах, и живых картинках он был красивее, чем в жизни. Да он был красив, но так, как наши фарфоровые куклы – глаза подкрашены, щеки напудрены, а длинные вьющиеся волосы, сползали по спине, подобно накрученным спиралькам. Но в его облике начисто отсутствовала мужская линия, как будто он пытался от нее избавиться сам. Воспринимать такого мужчину волшебником, было сложно. Ну, ни чем не отличишь от простого человека. Возможно несколько темный взгляд, присущий нам все, но это и все, что можно было оценить по-достоинству. Одежда на нем была яркая, и словно из лавки женских платьев – ни тебе котелка, или франтового костюма. Он разочаровывал, и в данный момент не только меня. Не смотря на то, что он единственный улыбался директрисе, она была в явном шоке и замешательстве, от того, что стоит перед ней. И это ЧТО – мужчина, волшебник, маг?

    И четверку мужчин замыкал никто иной, как Крескин – этого и стоило ожидать, что именно он был самым красивым, самым мрачным, самым интересным, и самым опасным из всех кто стоял тут. Я конечно же услышала восторженные вздохи и шепот других девочек о его красоте, но почему никто не отметил его глаза, поменявшие цвет за одну минуту несколько раз, будто он без перестану колдует. Хотя при этом сохраняет внешнее спокойствие. Его лицо было темным, наверное смуглым, как догадалась я, словно он часто бывал на солнце, которого здесь в помине не бывает, а также его глаза были черны (временами) с того места где стояла я. Так же как и волосы, с изнеженной элегантностью, которая в целом не плохо сочеталась с его образом, ложились на приподнятый по модному отворот макинтоша.  Я не сразу же поняла, что одет он впрочем, довольно таки по-военному.  Зря я приняла его пальто за макинтош, оно было черным, и до колен, но не застегнутым наглухо, под ним угадывались брюки, и возможно фрак, в вырезе виднелась белая рубашка, но без кружев, как любили носить это модные горожане. И в его руках не было цилиндра. Волосы оставались открытыми всем взглядам, обращенным к ним, и возможно потому они начинали блестеть ярче в свете газовых горелок. Весь образ Крескина призывал не обращать на себя внимания, но! Когда у тебя такая репутация, не стоит одеваться в темное, ведь ты едешь к впечатлительным юным леди, которые только и мечтают о сильных волшебниках, пусть и несколько демонической внешности.

    Теги: меларве

  • 3 марта 2011 | 10:47 Глава 2а. 

    - Давай я помогу тебе одеться, - предложила Лилибет, и тут же начала разворачивать юбки и блузу. Мне совсем не понравилось то, что она принесла. И дело было не в том, что одежда не была красивой, а как раз именно в том, что прекрасной и дорогой.

    - Откуда это? – неприязненно уставившись на бархатную ткань юбки, столь же сизо-голубую как и мои глаза.

    - Директриса, - терпеливо пояснила Лилибет, - а иначе по твоему, почему меня попросили подождать под дверью.

    - И я лишь одна буду ходить в подобной одежде? – я не удержалась от вопроса.

    - Нет, как я поняла, как минимум 20 девочек будут одеты в подобном виде.

     - Думаю Директриса выбрала наиболее не любимых учениц, которые подходят по критериям аристократичности. – мне показалось или в голосе Лилибет появилась сухость. Ну еще бы, она не одобряла подобного отношения к людям – к такому разделу на тех кто нравится  и не нравится. Я была ей за этой благодарна, поддержка не может быть лишней.

    - То что я не одна, утешает, - пробормотала я, и наконец решила одеваться. Весь наряд был сизого оттенка, и лишь пиджак и высокие сапожки без каблука коричневого цвета. Я ни в коей мере не казалась себя пошло одетой в этом, а скорее походила на своих ровесниц, которым повезло не только родиться в аристократической семье, но и остаться с ней.

    - А я теперь по-настоящему начала бояться… а что если тебя или меня заберут? Мы ведь можем никогда не увидится? – Лилибет в который раз перетягивала мне корсет, когда говорила это, потому я не смогла обернуться и посмотреть на нее.

    - Ты знаешь, что я буду скучать по тебе? – сказала я, стирая украдкой слезы. – К тому же пневмопочта теперь еще более популярна, чем телефон. Если кто-либо из нас покинет серость этих стен, другая пусть свяжется с оставшейся.

    - Ты права, - голос Лилибет за моей спиной повеселел.

    - Главное пережить сегодняшний день, и мне не упасть от усталости на пол.

    - Реми… - позвала меня Лилибет, и я покорно обернулась, понимая, что ее еще что-то расстраивает. – Просто если не удастся писать, связывайся со мной через сны.

    - Ты ведь знаешь, что здесь это не получится, - надтреснувшим голосом отозвалась я, и обняла ее.

    Когда сборы были готовы, я в последний раз посмотрела на себя в зеркало, и наконец поняла, почему вчера Лилибет говорила, что красивее меня. Да потому что это было правдой – кожа моя потускнела, и местами покрылась красной сыпью, глаза стали серыми, а вовсе не голубыми. Волосы же, не смотря на то, что я их помыла, ни чем не отличались от швабры. Впервые я смотрела на свое нормальное отражение, от которого вряд ли у кого-либо перехватит дух. Я выглядела даже хуже чем просто девчонка. И честно говоря, меня это больно задело – мне часто приходилось полагаться на внешность, возможно потому в моей душе зрело некое тщеславие. А теперь я была лишена своего оружия, которое мне заменяло часто магию. В школе обо мне думали как о милашке без мозгов, часто даже учителей удавалось одурачить, ну если не считать Директрису, и конечно же брата. Родри всегда знал, на что я способна, и его злило то, как я прикрываюсь своей внешностью. Но что еще хотеть от него – он ведь был мужчиной, а я всего лишь слабой девушкой. В нашем мире, даже с колдовскими возможностями я стояла на ступеньку ниже любого человеческого мужчины.

    Мы вышли в коридор, и мне показалось, что места негде ступить, так как перед глазами мерехтели одни нижние юбки. Кто их просто пока что нес, а кто и задирал, чтобы передвигаться быстрее. Просто какое-то нашествие, как саранча на полях.

    Оставалось 20 минут до того, как гости появляться на пороге школы, и их мы должны были встретить соответствующе в холе, стоя по струнке смирно, будто королевские вояки. Потому мы с Лилибет продвигались туда, улавливая обрывки разговоров и взбудораженных перешептываний. Стены и коридоры будто начинали стонать и охать, в воздухе было слишком много магии, и ее ходил и стягивал в спиритоскоп один из дворников. Всегда не любила эти штучки, которыми крали наше волшебство, а также проверяли на наявность волшебства.

    Если кто-то и был удивлен моим внешним видом, то все равно не остановился поболтать. Я ощущала, как со всех сторон от девочек разит нетерпением и надеждой. Поголовно все страстно желали выбраться отсюда и все равно куда. Пусть это будет даже брак по немилости, или удочерение, возможно даже ученицам в каком-нибудь доме волшебства, чтобы развлекать досужих и пресыщенных аристократов и буржуа.  Всем хотелось выглядеть красивыми и аккуратными. Неужели я была в этом интернате одна единственная, кому было все равно? Действительно цельно и полностью все равно. Ну скорее всего мои чувства разделял брат, хотя такое сказать о нем было сложно. Он никогда ничего ни с кем не делил. Изредка мне поверял свои мысли, но при той скрытности, что составляла основу его характера, это было логично.

    Мы неспешно начали выстраиваться в шеренгу – с одной стороны девочки, а напротив нас мальчики, и вот, прям напротив меня встал Родри. Он улыбнулся мне, тем самым показывая, как его все это забавляет. Он в открытую насмехался над подобными глупостями, и тут я подумала, что мне хочется его поколотить. Потому что все же мечты этих всех девочек не были глупыми. Они были просто слабыми девочками, которым просто хотелось иметь свой дом. В очередной раз я была зла из-за того, что Родри был парнем и не осознавал, как нам тяжелее, чем ему, просто потому что ему повезло уродиться парнем. Все что ему нужно будет сделать после выхода из интерната, так это зайти к любому магу в дом, и показать свой аттестат про успеваемость, и для него гарантировано найдется место. А если подобное сделаю я, и мой аттестат будет в 3 раза лучше, мне в лучшем случае рассмеются в лицо, ведь я всего лишь женщина. Такое снисхождение может задеть любую волшебницу, а особенно Темную.

    Теги: меларве

  • 3 марта 2011 | 10:46 Глава 2. 

    Глава 2.

     

    И снова серое утро. Лето решило нас возненавидеть, и потому природа выглядела еще более убогой на фоне города, закованного в железо паровозных поездов, труб дымящих заводов и тех нечистот, что впитывали улицы, а не канализационные люки. Выделялись вдалеке пики домов, словно громадных животных с головами драконов. Интересно, а драконы еще существуют? Наши учителя отвергали такую возможность, но мне хотелось бы верить. Не одним лишь дирижаблям и паропланам рассекать серость небес – почти никогда голубых, и постоянно дымчато-туманных. Смог словно пропитал все вокруг, даже деревья выглядели так, будто напились отравы из заводных отходов.

    Сегодня нам было позволено применять магию по своему усмотрению – главное чтобы мы выглядели хорошо. Когда даже меня, едва держащуюся на ногах, заставили вымыть голову, я почти поверила в слова Лилибет по поводу замужества. Вместо постоянной одежды – коричневой юбки чуть ниже колен, и белых рубашек схваченных на кистях и высоким воротником с кружевом, нам позволили надеть нечто выходящее за рамки. Это были корсеты поверх рубашек и пиджаки, а цвета на наш выбор. Конечно же, у нас была такая одежда, но мне казалось, директриса видит в подобной моде нечто непристойное. Или к этому все и сводиться? Так мы станем более желанны?

    Когда Лилибет разоделась словно майский цветочек, и завила волосы образовывая вокруг голову сияющую корону, я лишь досушила волосы над штучно сотворенным огнем. Он полыхал именно в том месте где я и хотела, просто зависнув в воздухе, но имел вовсе не привычный красно-желтый цвет, а какой-то болезненно серый. Под стать состоянию моего тела. Когда она вошла ко мне в палату, я легким движением руки развеяла огонек, и он проник в поры моей руки, будто воздух, скрываясь с глаз.

    - Как ты это делаешь? – в который раз этот вопрос Лилибет вызвал у меня улыбку.  Не смотря на нелюбовь к магии, Лилибет нравилось мое колдовство – оно отличалось от манеры исполнения других, особенно тем, что не вызывало у меня усилий, а тем более могло происходить незаметно для остальных.

    - Это магия, - пожала плечами я, так, как об этом говорили в книгах некоторые люди.

    - Твоя магия иная, - не стала сдаваться Лилибет, и это так же происходило уже в который раз.

    - Если бы я знала как, - я нахмурилась, посмотрев на тут одежду, что держала в руках Лилибет, и еще глубже свела вместе брови, когда поняла что все это для меня. – Откуда это?

    - Директриса хотела чтобы ты надела эту одежду, и еще … - как и вчера Лилибет начала краснеть, и честно говоря, я не хотела слушать еще одну предположительную историю об Опекунах. – Появились новые слухи…

    - Подожди, дай подумать, - я села на кровати, подперев голову руками, словно пытаюсь читать ее мысли. – Какой-то опекун будет из самой королевской семьи?

    - Хуже.

    - Он вообще не волшебник? -  я улыбнулась, даже догадываясь что ее это может обидеть. В данный момент Лилибет была ужасно до тошноты серьезной.

    Лилибет села возле меня, будто собиралась сообщить мне о смерти моего домашнего любимца, ну это было бы странно учитывая, что таких у меня никогда не имелось – мама и животные просто не могли находиться в одной комнате вместе. Коты и собаки от страха забивались в углы, а мама делала тоже самое визжа и крича от какого-то животного ужаса, заливаясь слезами умоляла папу забрать их прочь.

    Глаза Лилибет сегодня почти перестали быть такими ржавыми, и я тут же раскусила, что она постаралась над ними при помощи магии. Как я ненавидела такие вот дни – все в интернате, а особенно девочки, старались лишить себя на пару часов всех тех качеств, которые могли приписать их к Темным, словно Опекуны и так не знают кто мы такие. Возможно, мне легко было говорить – так как кроме странной красоты, нелогичной и все же притягательной, я не походила на Темную. Мои глаза не сверкали при использовании магии, я не страдала лунатизмом, никогда не рассуждала о странных вещах, как например кровь, и уж тем более, мои глаза не становились кроваво-красными и не отрастали резцы зубов. Иногда мне даже не верилось, что где-то глубоко внутри меня живет кровь и начало нежити. Некоторое время меня интересовало, кто были мои предки, но потом я решила, что это к лучшему не знать. Раз этого не знала я, значит, не знал никто другой.  

    - Если я правильно поняла, приезжает Главная волшебница.

    Глаза Лилибет и мои оказались на одном уровне, на миг мне показалось, что она меня зачаровует, но так иногда действовал ее взгляд, и я привыкла сопротивляться этому. Моргнув, я спросила:

    - Откуда ты подобное вытянула?

    - Ну скажем так, могла произойти такая ситуация когда я шла по коридору, и случайно задержалась возле некой двери, и тогда нечто такое услышала, произнесенное директрисой с большим ужасом в голосе. – если вчера Лилибет просто краснела от смущения, то теперь она стала пунцово-красной, как роза, и ей это совершенно не шло. Потому что мне казалось, она сейчас лопнет переполненная своими чувствами.

    - Ты подслушивала, - кратко подбила итог ее словам я.

    - М-да, - крякнула Лилибет, но так быстро и удивленно, будто бы и не собираясь ничего говорить, а тем более делать. Я хищно усмехнулась. Иногда Лилибет меня очень и очень удивляла. Я, например, не могла похвастаться такой выдержкой как она, а тем более терпеливостью. Хотелось бы…да нет, никогда не хотелось, но в данный момент я почти завидовала ее смелости.

    - Просто не могу в это поверить, ты и подслушивала.

    - Я случайно услышала, потому что меня попросили подождать под дверью. – точнее описала Лилибет то, что произошло, но это все равно не зачеркивало ранние сказанных слов. Это было как в магии – только магия слов и магия силы, считались равной одна другой, и раз ты что-то говоришь, она не исчезает. А раз это говорит волшебница, это никогда уже не сотрешь. Можешь замаскировать, попытаться не думать, а тем более не верить, но стереть никогда не сможешь, материя мира не поддается силовой обработке. – И директриса говорила о Главной волшебнице…честно говоря я начинаю верить в сплетни о маге Крескине. Он это единственная личность, которая может заставить ее выбраться из королевской резиденции.

    - Возможно, - вздохнула я. И подумала над тем, каким Главной волшебнице, покажется интернат. Мне бы хотелось, чтобы она понимала, что происходит в этих стенах, и как здесь живут ни в чем не повинные дети. На долю секунды в моей голове полыхнула злость, но я привычно подавила ее в себе – возможно у меня и не было терпения, а тем более смиренности, но зато были сильные инстинкты к выживанию, и они мне постоянно твердили держать себя в руках. – Это даже интересно будет посмотреть на нее своими глазами. А не слушать досужие разговорчики, приходящие к нам из внешнего мира.

    Все мое тело ломило, словно по мне прошлись молотком в одном из кожевенных цехов, где пахали усталые мужчины по 20 часов кряду, чтобы удовлетворить наш мир в постоянной потребности в коже. Лишь недавно я смогла побороть насморк, одним из своих магических «фокусов», но это было лишь на несколько часов, да и то вышло не слишком уж хорошо. Время от времени я ощущала влажность стекающую на верхнюю губу. А стоять мне было все так же тяжело, как и раньше. Но я крепилась, всего то нужно продержаться несколько часов.

    Теги: меларве

  • Наверное многие писатели которые пишут в стиле стимпанк не поймут меня и моего направления, и скажут что я опопсила целый стиль, и возможно будут иметь право закидать меня камнями. НО! Насколько много я прочитала книг в этом стиле и кроме Ходячего замка Дианы Уинн Джонс, ничего более приближенного до нормального волшебства а тем более до любовной истории не нашла. Наверное потому мне захотелось своей такой истории — но чтобы побольше стимпанка, побольше волшебства. побольше любви и может повзрослее. 

    Как я вижу себе книгу — это стимпанк, но с моими некоторыми правками, которые любой критик просто отнесет до фэнтезийного стимпанка (я по крайне мере надеюсь), я несколкьо отошла в плане одежды женщин. и то не ушла от викторианской эпохи, кто прочтет поймет почему — все те же корсеты, и кринолины, или же нет. Кавалеры с цилиндрами и начищенными блестящими ботинками…короче я начинаю говорить как истерически влюбленный художник, потому надеюсь читатель поймет мои отступления от стереотипного стимпанка, и вместо грубого цинизма, и  низменных страстей, я включила сюда любовь. Последняя не обязательна а две предыдущих в основном всегда должны присутствовать в этом стиле.

    Теги: стимпанк

  • Лилибет в который раз покраснела, и я начала раздражаться от такого милого проявления ее стыдливости. Ну что поделаешь, именно такие жеманные девушки нравились парням в роли жены. Вряд ли мой воинственный характер порадует какого-нибудь дворянина, или в крайнем случае буржуа. Но я хорошо умела скрывать его, только не собиралась скрывать всю жизнь.

    - Порочный, еще как, - на подругу нашло странное возбуждение и ее ржавые глаза, немного побагровели. Я всегда догадывалась, что в ней была вампирская кровь. Об этом говорило все – иногда покрасневшие зеницы, белая кожа, совершенно не естественно белая, и слегка выступающие резцы. Подкорачивала она их с помощью магии раз в месяц, и это была единственная магия, которой она пользовалась с удовольствием.  – Говорят у него при дворе много женщин. Замужних женщин!

    - Перестань читать те глупые любовные романы, - рассмеялась я, понимая, что Лилибет в очередной раз наслушалась всякой ерунды среди девочек. Ну или начиталась.

    - Ну, это говорила Прима, а у нее сестра замужем за одним из дворян!

    - У Примы бурное воображение, и тебе не стоит верить всему, что она говорит.

    Хотя все это я говорила с некоторым сомнением. Репутация у Крескина была еще какая, как и  у его дома-замка — Меларве, о котором говорили что он будто живой. Сам Крескин и не оспаривал никогда свои  удачи в плане женщин, и так как он был привлекательным по заверению многих, я могла в это поверить. Красивые волшебники были чем-то вроде пламени для скучающих аристократок мотыльков – по крайней мере, так говорил мне отец, когда-то имея в виду нашу с Родри маму. Он любил ее, я в этом не сомневалась, но иногда мне казалось, что его любовь была сильнее, чем ее. Страстнее и опаснее, темнее одним словом…не людская. Я и Родри пошли в него всей темнотой, и опасностью, страстью, которая не была присуща маме. Но мы с Родри хотя бы внешне были похожи на нее – наши темно-рыжие волосы, и сизо-голубые глаза (в случае с Родри просто голубые), а еще белая изысканная кожа. Возможно, как мужчине Родри она мешала, а из меня делала именно ту красавицу, как обо мне думала вся школа. Глаза, волосы и кожа сотворили такой контраст, к которому не сразу можно привыкнуть, но который почему-то еще никого не оставлял равнодушным.

    - Я бы не была столь категорична, - Лилибет была недовольна мной, когда я говорила в подобной манере. – Дело в том, что она рассказывала много подробностей. В общем, он красивый и очень порочный. Но о нем все еще мечтает все общество.

    - Мне показалось, или ты говоришь об этом мечтательно? – подозрительно спросила я, и тут же чихнула.

    - Ну возможно…почему должно быть плохо хотеть замуж за красивого волшебника, который сможет защитить тебя ото всех. Наверняка у него старые деньги, - так все называли аристократическое золото, - я не буду ни в чем нуждаться. Все девочки думают об этом. И всем хочется мужа, который никогда не попрекнет тебя твоей Темнотой.

    Я взяла Лилибет за руку, чтобы она так не расстраивалась, так как именно на это и было похоже.

    - У тебя будет прекрасный муж, и не нужно тебе никакого Крескина, - заверила ее я. – Не смотря на мою так званую красоту, у тебя шансов намного лучше с твоим характером, выйти замуж.

    Лилибет благодарно улыбнулась.

    - Вообще-то меня пугает мысль о таком Опекуне не то, что муже. Поговаривают так же, что он жесток и циничен – не лучшая опора в жизни. К такому опекуну будешь бояться обратиться за чем угодно. А если он красив, то как ему сказать, что тебе нужны новые чулки? Это кошмар!

    - Все лучше, чем все это, - я обвела рукой серые стены, и добавила, - но не стоит думать, что тебе нужен некто как маг Крескин. Он опасен, это единственно достоверный факт, иначе бы Она не боялась бы его.

    Лилибет кивнула и поднявшись взяла поднос с моих колен. Только теперь я поняла, что очень устала.

    - Я и забыла, - тут же сказала она, заметив, как я устало сползла назад на кровати. – Директор Жаннин, сказала, что ты должна тоже быть, когда приедут Опекуны. Это правило для всех, как она выразилась.

    - Я догадывалась. Дело в том, что она мечтает сбыть меня с рук все те годы, что я живу здесь. То же самое и относительно Родри – нас она ужасно боится.

    - Ты редко держишь мысли при себе, а это плохая черта для будущей леди, - в лице Лилибет проскользнуло нечто, что я всегда видела на лице бабушки со стороны мамы – чопорность. Говорила она как старая гувернантка. – А Родри, и того хуже, он открыто пренебрегает правилами в школе. Он ненавидит школу, и говорит об этом в голос. Иногда я боюсь за него.

    - Я тоже, - созналась я, злясь из-за того, что мой брат такой неосторожный. Он мужчина, и при желании и умении может стать полезным королевству, потому его не трогали учителя. Но все равно можно было попасть в черный список, для потенциальных опасных лиц. Его неосторожность может стоить ему будущего. Да и моего тоже. Как бы я не хотела послать всю эту школу и королевство к черту, я все равно скрывала свою взрывную натуру. Ну насколько могла.

    - До завтра, - не зная больше что сказать, отозвалась Лилибет, и поспешила прочь из палаты. Я проводила ее аккуратную фигурку, и подумала, что никогда не умела быть такой правильной и хорошей, и наверное мне не стоит надеяться на то, что я когда-либо выйду замуж, а тем более на удочерение. К тому же я бы не хотела последнего, потому что тогда не смогу позаботиться о брате.

    Я заснула, но ничего пророческого мне не приснилось, хотя очень бы хотелось знать, что меня ждет в ближайшие дни. Но в стенах школы это было нормально, так как нашу магическую силу здесь подавляли, к тому же я не была хорошей прорицательницей. Отец говорил, что мне передалась лишь крупица таланта его матери – у нее не было магических способностей, кроме того, что она видела будущее. Все будущее, и никогда не говорила нам об этом, если ситуация не была жизненно необходимой. Когда началась война, ее уже не стало. Но думаю, даже ее предостережения не смогли бы остановить горячий нрав отца. Именно он был одним из предводителей Темных в этой войне. Таких магов как он были единицы, и его дар достался нам с братом.

    О таланте брата говорили все в школе, его боялись здесь на школьном уровне, как боялись Крескина в королевстве, и все из-за взрывного характера брата. Сколько раз он был наказан за свои поступки, и сколько раз я думала, что его однажды заберут от меня, туда, где держали самых опасных волшебников. В той тюрьме многие, кстати были не из Темных, хотя люди говорили что тюрьма только для них. Какая наивность. Их страх делал из них тупиц.

    Я снова повернулась на правый бок, чтобы посмотреть на небо, но увидела вдалеке лишь части моста, по которому ходили паровозы. А небо оставалось все таким же серым, и ничего не говорило что за стеклянной преградой – лето. Мне хотелось бы выбраться на улицу, и не поддаваясь общему безумию просто прогуляться.

    Но вскоре меня снова начало трясти, и температура вернулась с новой силой. С носа потекло, и начался кашель. Чтобы вылечиться себя, мне нужны были не только заговоры, но и травы, только на все это не было сил. А в школе принято было лечить так, как это делалось у людей. Нормальными способами. Хотя когда это говорили волшебники, мне было смешно.

    Точнее теперь то мне не было до смеху, и облегчение пришло лишь, когда я заснула окончательно. Это было к лучшему – от скуки я лезла на стенку, или залезла, если бы могла. Как некстати была эта болезнь в преддверии полной луны, ведь мы должны были идти по необходимые травы, которые собирались лишь в такое время.

    Приезд Опекунов меня вообще не волновал.

     

    Теги: меларве

  • 1 марта 2011 | 01:10 Глава 1. Продолжение 

    - Я принесла тебе обед. – пропела она, и я едва не застонала – голова раскалывалась, от того что температура спала.

    - Спасибо, - вместо злости, я улыбнулась. Лилибет сама лишь отболела и потому прекрасно понимала как мне сейчас.

    - Ты выглядишь паршиво. Страшнее я тебя еще в жизни не видела, ты страшнее даже чем Мита с нашего класса.

    - Ты я вижу, пришла меня утешить, - я как могла села на кровати, а Лилибет примостилась рядом, издав смешок. Она была как раз именно из тех рыжих, которые вечно были в хорошем настроении.

    - И не собиралась. Впервые чувствую себя возле тебя красавицей.

    Я понимала, что в некоторой степени ее слова были серьезны, но не так чтобы я на них обижалась. Лилибет решительно хватало всего, как в лице, так и в теле, да и душа у нее была светлая, как теплый солнечный день. Вот кто в любом случае найдет себе мужа, несмотря на предостерегающий изумрудный браслет. Это мне стоило ей завидовать, а не наоборот.

    - Что твориться в школе? – поинтересовалась я, накидаясь на отвратительную пищу. Овсянка и гренки с яйцом будут мне сниться даже после того, как я уйду отсюда, и то как яйцо дергается на зажаренном хлебе. А еще плохо сваренный чай, горький, и почти лишенный вкуса. Есть не хотелось, особенно при виде самой еды, но чтобы поправиться, мне нужна была еда.

    - Ох, все просто с ума сошли из-за завтрашнего дня. Такие сплетни ходят по коридорам школы, что я просто не знаю чему верить. Самая странная из них, что нескольких Темных волшебников, работающих на правительство, обязали взять на себя детей. Точнее говоря, заставили. Ну в некоторой степени так обязывают всех, даже тех, кому действительно нужны ученики, но ведь не Темных. Их ведь все еще бояться, чтобы приказывать, - последнее она добавила шепотом. Дело было в том, что не смотря на все свое внешнее смирение, ума Лилибет хватало на то, чтобы помалкивать о нужных вещах. Она была из тех, кто, даже если бы позволяли Темным заниматься, чем угодно, просто бы вышла замуж, а колдовством пользовалась лишь на кухне и во время вязания. Но она была достаточной смекалистой, как и все мы, потому что находились на грани. Мы были обязаны оставаться внимательны к тому, что говорим.

    Быть отдельной кастой в мире волшебников не так уж и приятно. Если колдовство позволено, но тебя считают изгоем, будь умнее других.

    - И что, кто-то в школе уже пронюхал кто они? Опекуны?

    - Как сказать… - Лилибет замялась, словно собиралась сообщить мне что-то постыдное. – Говорят это все мужчины.

    - Ну, только они и работают на королевство, как и подобает нормальному волшебнику, – я лишь на миг блеснула глазами, но быстро затолкала свой настоящий взрывной характер подальше от чужих очей, пусть эти очи и принадлежали другу.

    - Ну да, но честно говоря, из тех кого я услышала, ни один не внушает доверия – вряд ли они будут искать себе учеников. – Лилибет даже не заметила мой внезапный гнев, как и раньше, старалась его не замечать. – Говорят, - она зашептала и приблизила свое лицо ко мне, - что Королева решила наконец покончить с плохой репутацией Темных. Боюсь, вскоре нас будут не удочерять, а просто отдавать замуж. Ну, особенно таких как я и ты.

    Мне не нужно было объяснять, что это значит. Я и Лилибет происходили из семей аристократических, а сейчас такие семьи приносят мало потомков, аристократия была на грани настоящего вымирания, так почему бы не использовать не задействованный ресурс.

    - Это попахивает какой-то наукой о разведении растений, - пробормотала я.

    При этом моя подруга опять покраснела и опустила глаза.

    - А я, знаешь ли, не против, мне так хочется иметь свой дом. И в обществе люди быстро забудут, кем являлись мои родители, если муж будет иметь довольно весомое положение.

    У меня едва не вырвалось, что и мы тоже являемся тем же что и наши родители, но поняла, что не стоит ей этого говорить. Лилибет ненавидела все это, и особенно то, кем была. Ей никогда не нужна была магия – только семья. Не понять ее было бы трудно, здесь этого хотели все, но не я. Иногда я мечтала о том, что однажды моя сила станет такой, как у отца, и я перестану быть просто слабой девушкой. Рано или поздно, а волшебница Королевы умрет, а потом и сама Королева, и возможно законы изменятся. Как Темная, я проживу дольше них, как минимум на пару столетий.

    - Ну так и кто там подобрался в Опекуны? – я поняла, что не стоит продолжать тему об магии, потому что знала как это будет болезненно для Лилибет. Хотя иногда мне ужасно хотелось высказать свое революционное мнение.

    - Точно я знаю, о сыне главного лекаря королевской семьи. Он молодой, и говорят, что красивый, но это могут быть лишь сплетни. К тому же его прочат на место отца, когда тот уйдет на почин. Еще одного из служащих при армии Ее Величества…о нем вообще никто ничего не знает. Но хуже всего, что все говорят о Крескине…

    Это имя повисло в воздухе, так как Лилибет не сдержала своего волнения и сотворила имя во плоти, я в моменте смела его рукой, и буквы словно дым всосались в мою руку. Лишь на одну секунду глаза Лилибет вспыхнули радостью от магии. Такое бывало редкостью.

    Крескин был опасным колдуном и волшебником, которого боялись все, особенно Главная волшебница, но больше всего его боялись мамаши, имевшие на руках молоденьких девушек, которых собирались выдавать замуж. О его похождениях судачили все, и все боялись как-либо ему мстить, потому что он был Крескином. Одним из самых сильных магов страны. Когда шла война, он не встал ни на чью сторону, говоря о том, что ему уже известен конец войны, и жертвы. И ему не было смысла подвергать себя опасности, зная, как все окончится. Некоторое время его считали предателем Темных, но вскоре все поняли, что он просто знал, как лягут карты. Главная волшебница даже не заикнулась на его счет, когда начали перепись Темных, и наверное никогда в жизни не заикнется. Все знали, что если что-либо в королевстве случалось, совета она спрашивала лишь у него. Но если это так, то как она заставила его выбрать себе жену, или ученика? И жену ли? То, что говорила Лилибет, могли придумать наши романтические дуры. Хотя опыт показывал, что все те, кого удочерили, вскоре действительно становились женами…и начисто забывали о магии. Ненавижу, - подумала я, - бессильные идиотки!

    - Не верю, - я откинулась на кровать, доев наконец ужасное блюдо. – Он самый порочный, и в то же время известный маг, о котором ведомо всем. Даже Она его боится, так что не могла ему приказать.

    Теги: меларве

  • 1 марта 2011 | 01:09 МЕЛАРВЕ. Глава 1 

    24.02.2011

    Глава 1.

     

     

    День в интернате начинался как всегда однообразно – мы умывались, одевались и шли в столовую, где первоначально нас проверяли – а не колдовал ли часом кто-то ночью. А уж потом мы могли приступать к серой, однообразной еде. И таким же серым разговорам.

             Мне сегодня повезло, я умудрилась заболеть летом, и лежала в школьном госпитале, не подвергаясь каждодневной проверке. Сюда же мне приносили еду, заботились, и это ненадолго напоминало мне то, что когда-то у меня было настоящее родительское тепло и дом, семья. От семьи остались только я да Родри. Мой нервный, бледный, и вечно грозный тринадцатилетний брат.

             Перевернувшись на правый бок я посмотрела в сырое, промерзлое окно, надеясь, что хотя бы к обеду тучи разойдутся и сырость спадет, и тогда можно будет увидеть зеленые деревья настоящего лета, а не это подобие. В палате было так же по-осеннему сумрачно, будто бы и не утро сейчас. Кроме меня в госпитале еще лежало пару мальчишек с противоположного курса, которые что-то нахимичили на уроке и теперь лежали с магическими ожогами. Сами виноваты, колдовать нужно в меру, и останавливаться, когда чувствуешь, что тебя это затягивает. Мы же дети Темных, колдовство влечет нас больше, чем остальных.

             Темными считали тех, в чьих жилах текла не только человеческая кровь, а и еще каких-нибудь существ – темных эльфов, вампиров или оборотней. В редких случаях сирен, фейри и тому подобных, которые почти не выходили на контакт с людьми. Недавно я прочитала в книгах, что волшебники считали, не плодотворными браки таких существ с людьми, но это было еще в 3 веке до нашей еры, а потом начали рождаться полукровки, которые неожиданно стали с магией на ТЫ. Они были намного сильнее обычных ведунов и ведьм, и то, что потом их кровь все больше разбавлялась человеческой, ни в коей мере не уменьшила силы. Я и Родри были именно из такой семьи, хотя уже и не семьи вовсе…10 лет назад Темные решили, что им надоело быть отверженными, или вообще отдельной кастой. Я помнила ту войну, так как не мог помнить Родри, ведь ему было лишь 3 года, а мне уже 7. И уже тогда меня боялись взрослые волшебники, которые преподавали в школе, таких как я тогда было мало. Темным приходилось скрывать свою семейную линию, но не моим родителям, так как мама происходила из влиятельной семьи близкой к самой королеве. Аристократы, те над кем закон про магию не мог довлеть. Это конечно же пока не началась война…

             Закон про магию стал беспрекословным – всем Темным стать на учет, как чумным, и обязательное обучение по контролированию своих возможностей. Помню отец в тот вечер постоянно спорил со своими друзьями, что это вовсе не для того, чтобы облегчить нам жизнь, а для того, чтобы сделать из нас оружие которое будет служить Королеве. Тогда я ничего из этого не понимала, теперь же слова отца сбылись. Его не было уже, он нигде не существовал на этой планете, а тем более в этом государстве, но его слова оказались правдой. Нас учили так, словно солдат готовили к войне. И к сожаление наше учреждение не было единственным. Я не говорю о тех школах, для чистых людей, имеющих колдовскую силу, не замешанную на крови нежити. А именно интернаты для детей Темных, и с этим же клеймом мы выйдем отсюда в мир. На моей руке будет красоваться изумрудный браслет, облаченный в серебро, сообщая о том, что я потомок Темных. И кто скажите на милость, захочет взять такую как я замуж, когда Парламент только и обвиняет наших погибших родителей во всех проблемах королевства? Я была чуть ли не самой красивой девушкой в интернате, и то не была уверена, что у меня появиться такая возможность, если только не выйду за своего, но что делать другим?

    Приближалось мое совершеннолетие и я не могла об этом не думать. Оставалась надежда на опекунство, но для нас с братом это было маловероятно, ведь мы с ним довольно взрослые. Конечно в наше время девушка ставала действительно полнолетней только в 25, или тогда когда находила себе мужа, но так как брат не отличался добротой, а наоборот злобой напоминал людям о притчах о Темных, нам на это не стоило надеяться. Конечно же где-то были родственники мамы, но они не пожелали иметь с нами ничего общего, когда Темные пали, так что и сейчас не стоило на это надеяться. Единственное, что осталось от родителей кое-какие деньги, которые нам время от времени выдавались. Но уже не было дома, куда бы я могла пойти, так же как и не было возможности, что я пойду на работу. В королевстве было много Темных которые работали по своему профилю – колдовство, но среди них было очень мало женщин. Об этом позаботилась главная волшебница королевы, только для чего она так сделала, оставалось загадкой. Возможно, дело было в том, что сама она являлась стопроцентным человеком, без крови таких как я. Но почему она спокойно работала с Темными мужчинами и боялась женщин? Однажды я задала этот вопрос на уроке истории, после я целый день просидела без еды, так и не получив ответа. Вроде бы у нас не был авторитарный режим, и все же говорить о ней боялись даже волшебники в школе. Колдовать колдуй, а о ней не говори. Иногда я подозревала, что учителя нас в школе не любят, они тоже были людьми, и редко кто дотягивал до наших возможностей, так что думаю, они нас боялись. Когда я поняла это, то перестала выкладываться на уроках по полной, делая вид, что моих возможностей едва хватает на вскипячивание воды. Почему-то я понимала, что тем самым спасаю себя от много чего ненужного и опасного.

             Лежа в госпитале, я слышала, как мимо дверей постоянно кто-то бегает, шумит и смеется, и тут же вспомнила, что завтра вообще-то день Опекунов, когда те приезжают высматривать себе подходящих детей. И хотя все это выглядело как нормальное усыновление, все мы понимали, что подобным образом многие волшебники выбирают себе учеников или учениц, в худшем случае шутов и слуг, которые умеют творить волшебство. Последнее приводило меня в бешенство и ярость, которую разделял со мной Родри. Сама мысль быть слугой, убивала моего горделивого брата.

    Где-то к обеду ко мне пришла моя одноклассница, возможно единственная кто относился ко мне действительно хорошо, потому что никогда не завидовала моей внешности, потому что понимала – внешность пока что не принесла мне ничего хорошего. Мужчины учителя всегда смотрели на мне с плохо скрываемым желанием, а женщины просто таки ненавидели из-за этого. Так же как и одноклассницы, а парни старались застать меня одну, чтобы поприставать. С последними я спокойно и с холодным сердцем разделывалась магией, учителя же, к моему счастью никогда не предпринимали никаких попыток, кроме того что смотрели. Жаль, что нам не нужно было носить турнюр и корсет, это кажется, могло бы больше защитить меня от их посягательств.

    Лилибет была тоже рыженькой, но если мои волосы больше походили на темное дерево, ее рыжий оттенок напоминал ржавчину, как и глаза. Она несла в руках поднос, и свежие салфетки. Юбка и рубашка, коричневая и соответственно белая, как всегда выглядели на ней, словно их подглаживают каждые пять минут, хотя я знала, что это невозможно. Тот новый паровой утюг, что дали в нашу комнату, гладил очень плохо, потому тот тяжелый на углях что был раньше, мне больше нравился. Он единственный мог справиться с кружевами на нижних юбках.

    Теги: меларве

  • 1 марта 2011 | 01:07 Стимпанк 

    В кратце об этом литературном стиле, который пришел на смену старому доброму киберпанку (Джони Мнемоник)

    Стимпанк (Ван Хельсинг. Лига знаменитых джентльменов. Ходячий замок и т.д.)

     

    мир, который в совершенстве освоил технологию паровых машин. Как правило, стилизация идет под викторианскую Англию (XIX век) и эпоху раннего капитализма с характерным городским пейзажем и контрастным социальным расслоением. К «панковскому» компоненту стимпанка относится особый акцент на «низкой человеческой природе», движимой низкими страстями — похотью, гневом, тщеславием, корыстью и завистью. Особое внимание авторы, пишущие в жанре стимпанк, уделяют бытовым и физиологическим подробностям жизни главных героев. Общий стиль стимпанка выглядит циничным (грубо-откровенным) и пессимистичным (антиутопическим).

    Зачастую современным технологиям отыскивались «паровые» аналоги: компьютер — машина Бэббиджа, программист — клакер, робот — заводной механизм-автомат.

    - Технологии паровых машин: дирижабль, примитивный аэроплан, паровоз, пароход, бронированный военный пароход (дредноут), паробус, паровой экипаж и прочие механизмы, сделанные из клёпаного металла и медных труб. Они снабжены рычагами и приборами с часоподобными циферблатами и стрелками.

    - Оружие времён промышленной революции: револьверы, магазинные винтовки, ранние образцы автоматических винтовок, артиллерийские орудия, а также различное паровое оружие.

    - Информационные технологии викторианской эпохи: уличные газеты, напоминающие кассовые аппараты неэлектронные счётные машины (например, вычислительная машина Бэббиджа), телеграф, пневмопочта.

    - Одежда и аксессуары викторианской Англии:

    * Аристократы в цилиндре и пальто, под которым фрак, брюки и рубашка с кружевами.

    * Дамы в корсетах и кринолинах с капором на голове и чулками с подвязками на ногах.

    * Рабочие в кепках, куртках и сапогах.

    - Урбанистический антураж: фабричные трубы из красного кирпича, пасмурное небо грязного цвета, булыжные мостовые, уличные газовые фонари, магазины, лавки, театры, городские трущобы, пабы, бордели. И, соответственно, мрачная атмосфера.

    - Викторианские персонажи: демонические учёные и инженеры а-ля Виктор Франкенштейн, преступники-маньяки вроде Джека-Потрошителя и «идейные» преступники (профессор Мориарти), путешественники, детективы разряда Шерлока Холмса, агенты тайной полиции, шпионы, революционеры, уличные продавцы, пролетарии, капиталисты-промышленники, потомственные аристократы, светские хлыщи, проститутки, добропорядочные семейные граждане (буржуа).

     

    Фэнтезийный стимпанк:

    - Фантастические транспортные средства и летательные аппараты, основанные на паровых двигателях либо каких-то иных источниках энергии. При этом дизайн машин выдерживается в стилистике Викторианской Англии.

    - Искуственный разум (роботы, автоматы и т. д.), созданные без применения электричества и компьютерных технологий

    - Могут появляться фентезийные расы (пример — Панцербьёрны и Северные ведьмы в «Темных началах» Филиппа Пулмана)

    Особое внимание авторы, пишущие в жанре стимпанк, уделяют бытовым и физиологическим подробностям жизни главных героев. Общий стиль стимпанка зачастую выглядит циничным (грубо-откровенным) и пессимистичным (антиутопическим).

     

    Материал взят с какого-то блога и у меня давно. я тогда не копировала ссылки. 

     

    Теги: стимпанк

  • Кратко говоря это нечто как фентезийный стимпанк, и я еще не совсем разобралась что и к чему у меня будет в книге, но пока эта повесть рвется наружу, я ее пишу!

    Надеюсь понравиться, так как книга преследует меня уже несколько месяцев, желая чтобы я начала ее писать. 

    Вот что в книге в кратце —  Темные волшебники это те у кого в крови кроме человеческих генов еще и гены нежити, сильнее обычных, волшебников, и однажды им надоел расклад вещей когад они считаются некой кастой, при этом их услугами пользуються все. Взбунтовались устроили войну, ну их преодолели. После разборок детей тех кто не выжил поместили в спец школы, оттуда их время от времени набирают в ученики некие опекуны. Так начинается история, с Дня Опекунов, болезни, ненависти, и девочки, которая пройдя от двери до другой девушки, стала старой женщиной, чтобы показать на что она способна!

    Теги: меларве

  • 28 февраля 2011 | 11:09 ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ! 

    Боюсь я должна сразу же предупредить тех читателей , которые раньше обо мне не слышали. Моя грамматика и орфография в книгах остается желать только лучше с тем, что она когда-нибудь станет хорошей! Наверное если больше уделять время проверке книги, но так как у меня куча идей, и я едва справляюсь с записыванием нового материала, времени нет. Так что ПРОСТИТЕ наперед.

    Хотя есть возможность что книги кто-нибудь отредактирует, так что не вешайте нос!

  • 28 февраля 2011 | 11:05 Разрешаю себя ненавидеть 

    Это книга молодежный роман, хотя как показало время ее вполне могут читать все возрастные девушки и женщины. 

    Суть книги такова:Жизнь Флекс меняется, когда родители берут на воспитание двух детей их погибших друзей. Одним из детей является красавчик Ирвинг, с которым у ледышки Флекс сразу же не складывается дружба, а больше — начинается настоящяя война ненависти, которая стает со временем их тайными отношениями, которые они скрывают от других. Встречаясь с другими парнями и девушками, Ирвинг и Флекс на самом деле ведут роман, и игру, которая причиняет им обоим боль. Лишь со временем Флекс поймет за что Ирвинг так ненавидит ее, не смотря на всю страсть и любовь, с которой он к ней прикасается!

     

    Не уверена что саммари отображает суть книги, но дело в том, что не люблю рассказывать в кратце.

  • 27 февраля 2011 | 12:57 Привет всем! 

    Меня зовут Колесникова Юлия, она же Белка, думаю многие уже знакомы с моим творчеством. Это серия Бесстрастных рассказывающая об отношениях Рейн и Калеба;

    Так же это молодежный роман Разрешаю себя ненавидеть;

    Еще не до конца написаня книга Первый холодный день или First cold day;

    На данный момент я работаю еще над несколькими книгами молодежными, мистическими, одним триллером, и одной книгой включающей в себя фенетезийный стимпанк.

    Здесь я буду выставлять свои книги! Так как многие спрашивают у меня где могут их читать. Так же несомненно я буду выствляться на некоторых сайтах типа: В сумерках ру, Вампирский любовный роман, но это не значит что книги мои о вампирах. Есть много чего о чем я хочу написать!

    Теги: что пишу